Беларусь — Китай: большая риторика и скромный результат

«Официальный Минск преувеличивает уровень политических отношений с Китаем,
периодически характеризуя их как стратегическое партнерство. Китайское
восприятие отношений с Беларусью более скромное, его условно можно отнести к
«конструктивному партнерству», — отмечает Елисеев.

По мнению эксперта, у Беларуси очевидно более развитые отношения с Китаем,
чем у балтийских государств, но уровень политических отношений с Китаем у
Беларуси ниже, чем у России, Украины и Польши, которые действительно перешли в
разряд «стратегических партнеров» КНР.

Необоснованны и ожидания официального Минска и в том, что касается
использования Беларуси как «плацдарма» Китая для проникновения на региональные
рынки. «Основания для становления «плацдармом» на европейский рынок
предоставляет институциональная, а не территориальная близость к Евросоюзу, —
отмечает Андрей Елисеев. — Среди стран ЕврАзЭС Беларусь также не выделяется в
плане условий для ведения бизнеса, верховенства права и качества управления. В
целом, «плацдарм» для Китая в значительной степени — фантомный термин,
поскольку КНР развивает свои внешнеполитические и внешнеэкономические отношения
со странами мира на других принципах».

Не получила Беларусь и серьезного экономического эффекта от сотрудничества с
Китаем. Его доля в общем торговом обороте Беларуси небольшая (3,1% в 2012 г.),
а динамика в региональном сравнении не выглядит чрезвычайной. Экспортная
линейка Беларуси в КНР весьма ограниченная, причем около половины объема
экспорта составляют калийные удобрения, еще не менее 30% экспорта — продукты
нефтехимической отрасли с малой добавленной стоимостью. Объемы прямых китайских
инвестиций сравнительно небольшие, что обусловлено неблагоприятным
инвестиционным фоном и общим состоянием белорусской экономики.

Показательно, что у Латвии, для которой КНР не является приоритетом внешней
политики, динамика торгового сотрудничества с Китаем сравнима с белорусским
показателем (увеличение товарооборота в 16,3 и 15,4 раза в период с 2000 по
2011 гг.). Учитывая большое внимание официального Минска к сотрудничеству с
КНР, это позволяет резюмировать, что существующее положение в сфере отношений с
Китаем значительно скромнее ожидаемых результатов.

По данным Белстата Скромно выглядит и ситуация с прямыми китайскими
инвестициями. Наиболее успешным примером прямых китайских инвестиций в
последние годы эксперт называет создание в 2007 г. совместного предприятия
между белорусским холдингом “Горизонт” и китайской корпорацией Midea. В 2010 г.
китайский партнер увеличил свою долю в совместном предприятии с 30 до 51%. В
итоге размер прямых китайских инвестиций в Беларусь в 2010 г. составил 28,5 млн
долларов. В то же время в 2011 г. сумма китайских ПИИ составила всего 9,4 млн.
В регионе Центральной и Восточной Европы наиболее притягательными для
китайских инвестиций являются Венгрия и Польша, которые в 2005-2010 гг.
привлекли китайские прямые инвестиции на сумму 466 млн и 140 млн долларов.
Однако еще большие объемы китайских инвестиций привлекают страны Западной и
Северной Европы, в особенности Германия, Франция, Швеция, Великобритания и
Нидерланды. Следует отметить, что последние три страны из перечисленных относят
к группе стран ЕС с наиболее принципиальной позицией в отношении политических
вопросов с Китаем.

При этом Беларусь, несмотря на последовательную поддержку политической
повестки Китая, особенно в вопросе статуса Тайваня, а также по целому спектру
вопросов на международной арене, особых экономических бонусов не получила.Китай
открыл масштабные кредитные линии для Беларуси, но они завязывают белорусские
предприятия на китайских партнеров и способствуют увеличению дефицита внешней
торговли. Для его преодоления Беларусь вовлекается в несвязанное
межгосударственное кредитование, но тем самым увеличивается внешний долг
страны. Кроме этого, китайское проектное финансирование иногда сопряжено с
сомнительным качеством менеджмента.

Туманны и перспективы строительства Китайско-белорусского индустриального
парка, отмечает Андрей Елисеев. По крайней мере, общественность пока не
ознакомили ни с бизнес-планом, ни со сценарием развития объекта. При этом
умалчивается, что успешный в настоящее время Китайско-сингапурский
индустриальный парк, который служит моделью для развития белорусско-китайского
проекта, был убыточным и едва не находился на пороге закрытия шесть лет со
времени создания, что дает представление о потенциальных сложностях развития
подобных объектов.

Похожие записи